Олег (1504) wrote,
Олег
1504


Коммунитаристский подход к национализму.
Итак, антропологический подход к проблеме нации позволяет дистанцироваться от любого отождествления наций с государствами, а национальных интересов с интересами госаппаратов и интеллигенции. То же самое можно сказать об этносах» если данная категория используется для обоснования такого тождества. Проведенная систематизация позволяет расчистить почву для дискуссии по проблеме наций и национальных интересов (НИ) России. Я имею в виду те темы, которые обходят молчанием как современные российские национал-либералы, так и национал-консерваторы.
Прежде всего речь идет о категории бюрократического национализма. Она представляет наиболее значимый результат антропологической концепции нации. Эта категория позволяет отвергнуть культуроцентристский, прагматический, идеологический подходы к пониманию природы наций и НИ, а также традиционное для русской общественно-политической мысли противопоставление Россия и Европы. Как было показано, русский бюрократический национализм впитал в себя все характеристики американского и европейского национализма. И в этом смысле служит до сих пор «недосягаемым образцом».
В то же время и антропологическая концепция нации несвободна от трактовки бюрократии как разновидности «инструментальной рациональности». Такая трактовка опирается на веберовское понимание бюрократии как «рационального управления». Оно длительное время было распространено в Европе и в США, а на протяжении последнего десятилетия стало популярным и в России. Между тем веберовская концепция рациональности является наиболее слабым звеном социологической теории этого крупного мыслителя. Мне уже приходилось неоднократно писать о том, что официальное обществоведение СССР выполняло апологетическую роль в отношении советского властно-управленческого аппарата. Сегодня ту же самую роль выполняет веберианство и веберовская концепция рациональной бюрократии.
С этим уточнением другие выводы антропологической концепции нации могут использоваться для дистанцирования от многовековой традиции отождествления НИ России с интересами ее государственного аппарата и интеллигенции. Эти выводы относятся также к другим государствам СНГ, если их государственные аппараты используют модель бюрократического национализма (с дополнениями, взятыми из американской и европейской медали) для собственной легитимизации.
Можно исходить из того, что русская нация есть мнимая общность. Она выдумана русской бюрократией и интеллигенцией и существует в однородном пустом времени. Выше этой мнимой общности связано с комплексом политико-идеологических ритуалов. Они до сих пор легитимизировали деятельность политиков, госаппарата и интеллигенции России. Мера согласия населения страны с данными ритуалами пока еще обусловлена пассивным потреблением продуктов властно-интеллигентского творчества. Сколько времени продлятся такое потребление, пока неизвестно.
Зато определенно можно сказать, что внутри населения России никогда не существовало братства. Поэтому как онтологическая реальность русская нация не существует. Есть несколько русских наций. Из них политического воплощения добились только те, которые были согласны с господством госаппарата над населением территории, обозначаемой на политических картах как Российская империя, СССР или Российская Федерация. Несогласные с монархическим, советским и современным господством госаппарата пока еще не имели возможности интегрироваться и проявить свою политическую волю. Прежде всего потому, что в российском обществе пока не сложилось большинства, свободного от потребительского, терапевтического и менеджерского отношения к действительности. Значит, и демократия остается делом будущего, Сколько времени потребуется для реализации этой возможности? На этот вопрос не возьмется ответить ни один теоретик в мире. Хорошо уже то, что коммунитаризм и антропологическая концепция нации позволяют его поставить. И получить промежуточный ответ: без стремления реализовать данную возможность любой дискурс на тему наций, этносов и национальных интересов будет скрывать текущие или перспективные интересы госаппарата. К каким непредвиденным последствиям они приведут — тоже ответить трудно.
Русский язык, официальное православие и сталинско-бюрократическая версия марксизма, а также их лингвистические и идеологические гибриды до сих пор выполняют роль генераторов мнимой общности русской нации. У нее нет ни точной даты рождения, ни общего предка. Зато есть начало анонимной смерти. Оно связано с образованием Московского государства и Российской империи. Поворотным пунктом на пути к групповой смерти стало образование СССР. На протяжении своего существования аппарат этого государства уничтожил большее число жителей страны и окрестных территории, чем во всей предшествующей истории России. Если отождествлять жизнь населения географической ойкумены России с данным государством, то его главный интерес состоял в физическом, нравственном и политическом умерщвлении русского народа. А госаппарат и интеллигенция России всегда руководствовались своекорыстием, властолюбием и стремлением к духовному господству. Следовательно, даже малейшее отождествление интересов конкретных людей с национальными интересами скрывает горы физических, нравственных и политических трупов принесенных на алтарь государства.
Физические трупы лежат в земле. Нравственные и политические живут и порождают наследство. В этом наследстве главная роль принадлежит бюрократическому национализму. Госаппарат России продолжает разрастаться и не отказался добровольно ни одного из элементов данного национализма. Россия продолжает участвовать в войнах между другими государствами СНГ, ведет войны на своей территории, продолжает продавать оружие всем желающим из числа других государств, эксплуатировать природные в человеческие ресурсы и не собирается войти в число стран, сделавших сохранение природной и социальной среды главным направлением государственной политики. Все эти действия есть результат существования ведомств обороны, МВД, МИД, ФСБ, связанных с ними других министерств и средств массовой информации. Эти отряды госаппарата и принадлежащие к ним социальные и профессиональные группы продолжают конкурировать между собой, претендуя на выполнение ведущей роли на политической сцене. Между тем мне не попадалось исследований, в которых бы было доказано, что деятельность данных ведомств совершенно свободна от бюрократического национализма во всех его составных частях. Следовательно, нельзя утверждать, что вся структура данных ведомств выражает национальные интересы Россия.
Как уже говорилось, русский бюрократический национализм есть синтез американского и европейского. Русская интеллигенция развивала и продолжает культивировать все модели национализма. Поэтому проблема заключается в описании всех аспектов связи интеллигенции с госаппаратом. Не менее важны изучение и типология главных мотивов поведения всего остального населения. Особенно в том случае, если оно не противодействует всем составным частям бюрократического национализма.
Как было показано, возможность достижения вершины (жительство и должность в столице) — важный критерий генезиса бюрократического национализма. Чем большее число жителей страны движимы этим мотивом, тем больше вероятность национализма в центре. Причем понятия «центра — провинции» изобретены бюрократией и журналистикой. Госаппарат Российской империи и СССР связывал различные социально-экономические уклады и способствовал генезису национальных идеологий. Одновременно он оставлял в неприкосновенности прежнюю структуру властных отношений. Рост бюрократии снимает различие между «развитыми» и «отсталыми» странами. В России сегодня популярны «евразийская» н «атлантическая» геополитические концепции. Они отражают двойную идентичность русской бюрократии и интеллигенции, являются разновидностями европоцентризма и расизма.
Русские революции XX в. воплотили в жизнь связь интеллигенции и бюрократии. И в этом смысле связали Россию с Францией, Германией и Италией, в которых тоже данная связь существовала. Поэтому русские революции не только усилили бюрократический национализм Российской империи, но и способствовали культивированию патриотизма и расизма гак политических и идеологических следствий мнимой общности русской нации. Патриотизм и расизм непроницаемы для рациональной рефлексии. Они базируются на чувственно-эмоциональных формах восприятия действительности, которые выполняют роль невидимой физической реализации мнимой общности.
В нынешних дискуссиях о ситуации и национальных интересах России значимое место занимает категория этноса — модифицированное и осовремененное понятие расы. Становление этносов неотделимо от имперского прошлого России в ее монархической и советской формах. Главные государственные ведомства, а также ученые, апологетически относящиеся к интересам данных ведомств, способствуют отождествлению критериев расы и этноса. Приписывание этносам политического значения (а такая тенденция тоже существует в современной России) — результат еще большей (но сравнению с отождествлением нации и государства) бюрократизации политики, управления и социальных наук. Так что современная демократическая и этническая топография России есть следствие указанной тенденции.
Итак, понятие бюрократического национализма может быть отнесено ко всем нациям и этносам, которые раньше входили в состав СССР, а теперь образуют самостоятельные государства или претендуют на такую самостоятельность. Антропологическая концепция нации позволяет дистанцироваться от любого автохтонного национализма (украинского, грузинского, татарского и т.п., список должен включать перечисление всех Для увеличения такой дистанции требуется детальное изучение и систематизация всех противоречий национализма в СССР (России) на уровнях отношений, деятельности и сознания. То же самоё можно сказать о влияния данных противоречий на современные экономические, политические и идеологические процессы в России и СНГ. Особенно важно проследить институционализацию национализма в деятельности главных государственных ведомств, поскольку они продолжают претендовать на выражение национальных интересов. Одновременно надо выявить надионально-бюрократические стереотипы и схемы мышления в религиозных (православие, ислам и вообще все конфессии и секты, ныне существующие в России) и светских (либерализм, консерватизм, социализм) идеологиях России. Как было показано в начале главы, ни одна из них не свободна от идеи этатизма.
Понятие «идеологической бюрократии» для обозначения глубокой связи интеллигентского, бюрократического и политического мышления. Нетрудно убедиться, что коммунитаризм и антропологическая концепция нации позволяют усилить эвристичность данного понятия. В частности, следует доказать, что социальные науки в России (политическая экономия, статистика, демография, этнография, география, история, социология и политология) по познавательным и социальным целям принципиально отличаются от своих европейских собратьев. Однако доказать это никогда не удастся. Наоборот: в истории России XX в. весь комплекс естественных и социальных наук был подчинен власти намного больше и изощреннее, нежели в Европе. Сколько времени потребуется для освобождения, от этой зависимости, не говоря уже о свободе от рынка, — трудно сказать. Значит, можно исходить из того, что социальные науки России пока остаются институтами власти. Они выражают ее интересы и выполняют функцию контроля над территорией и населением страны. Проблема состоит в описании всех познавательных и институциональных форм такого контроля в прошлом и настоящем России. Язык социальных наук с точки зрения генезиса — есть разновидность религиозного языка. А по функциям — модификация бюрократического языка, образующего основу современного стиля политического мышления.
Таким образом, антропологическая концепция нации позволяет расчистить почву при обсуждении проблем нации, национализма и национальных интересов. По крайней мере ни русский язык, ни православная религия не связаны с русской нацией как территориальной общностью и Российским государством в его имперской, советской и современной формах. Любое постулирование такой связи оправдывает отождествление интересов госаппарата с интересами населения. Язык журналистики не может быть использован при обсуждении данной проблемы, поскольку как раз журналистский корпус насаждал представление о нации как онтологической реальности.
Язык социальных наук все же может быть использован. Прежде всего потому» что никакого другого нет. Однако лишь в той степени, в которой юридические, экономические, демографические, этнографические, историографические, социологические и политологические концепции противостоят интересам госаппарата и не могут быть использованы в процессах политической манипуляции обществом.
Для усиления такого противостояния, безусловно, надо отбросить следующие элементы бюрократического национализма: имперская система образования; иерархия как социальное и политическое отношение; маншгулятивная роль столицы в стране; идея абстрактного и безличного государства; русский государственный макиавеллизм; концепции социального и политического организма; историографические концепции, обосновывающие особую роль государства в истории России; идея «образца» при сравнении различных стран и регионов внутри страны; региональные идеологии, поскольку они лишь укрепляют центро-периферийные связи; связь административных и политических единиц с понятиями родины, отчизны, отечества; Связь религиозного сознания с политическим.
Не надо специально доказывать, что все перечисленные феномены пронизывают современную форму существования людей на территории, обозначаемой на картах как «Российская Федерация». Как от них освободиться? Это вопрос особый. По крайней мере понятие бюрократического национализма меняет набор теоретических проблем при обсуждении состояния и перспектив развития страны. Я имею в виду проблемы суверенитета, права наций на самоопределение, сепаратизма, отношений между нацией как абстрактной общностью и народом как множеством эмпирических индивидов, роли аннексий и перераспределения в существовании современных государств, классических и современных форм расово-этническойи национально-политическойдискриминации, сравнения познавательного и политического значения аргументов в. пользу того или иного пути развития наций и т.д.
За последнее десятилетие возник целый ряд новых и нетривиальных подходов к обсуждению данных проблем. Подобно антропологической концепции нации, они фиксируют кризисные явления в современном развитии общества и стремятся выйти за узкие границы всех существующих идеологий. Однако эти темы нуждаются в специальном исследовании.
Tags: теория
Subscribe

  • (no subject)

    Когда то давным давно, занимался пристройкой с санузлом, ванной, канализацией, горячей водой, насосами и т.д.. На всё про всё у меня ушло 100 тыс с…

  • (no subject)

    Начали тут вспоминать, в связи с датой, о расстрелянной царской семье. По мне царя надо было судить, членов царской семьи с прислугой отпустить на…

  • (no subject)

    Полистал я украинский учебник по украинской литературе за 7 класс. Это пипец конечно. Заодно для сравнения полистал учебник по литературе согласно…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments